Клуб знакомств основной инстинкт Баку

Повезло, что до этого я, руководствуясь интуицией, наказал механикам держать двигатели наготове. Корабельные двигатели — это не автомобиль, который можно взять и завести «на холодную». Для того, чтобы запустить агрегат мощностью лошадиных сил каждый, нужно греть масло, воду. Иначе при резкой нагрузке их заклинит. А таких агрегатов у нас пять. Мы запускаем двигатели, на ходу снимаемся с якоря, идем в океан — дождаться.

Волна уже метров пять-шесть, мы ходим с одной на другую, как челнок.

Груз до конца не закреплен, соленая рыба — туда-сюда по палубе. И тут на одном из разворотов попадаем на особенно высокую волну — метров с восьми катимся с боковым креном сорок градусов. Страшно до ужаса: ночь, грохот на палубе, все отрывается, падает, ощущение, что вот-вот перевернемся.

Когда происходят подобные ситуации, важно хотя бы внешне излучать спокойствие. Если принял решение — нельзя метаться, паниковать. От резких движений ничего не изменится, только вселишь страх и панику команде. Так что стой и смотри, что будет дальше. Главное — крепче держись за поручень у лобовой надстройки, чтобы не упасть. Нам повезло: в последний момент смогли выпрямиться и сойти с волны без происшествий. Но такие эмоции — как полоний, не отравляет сразу, но критическая масса в организме накапливается. В какой-то момент я понял, что стал бояться моря. Я знаю, что такое стихия и твоя беспомощность перед ней.

Гол-фантом в финале: как советский арбитр стал одним из героев ЧМ-1966

Когда возникают внештатные моменты, начинаешь верить и во Всевышнего, и в большой космический разум, и в Нептуна с Кракеном. Звонок в пропасть Евгений Органов из компании FuzBus рассказывает об открытии горнолыжного сезона, которое невозможно забыть. Снега совсем немного, официально горнолыжный сезон еще не открыт, и на склоне можно встретить только альпинистов. Но жажду стереть первый парафин с доски никто не отменял.

Решено кататься по пешеходной тропе, которую прокладывает ратрак.

Список выпусков телепередачи «Следствие вели…» — Википедия

Канатная дорога еще на стадии проекта, места относительно «дикие». Спасателей нет, если что, надежда только на себя. Кто катался на Эльбрусе выше 4 метров, знает — есть там «плоскач». Если не разогнаться заранее, придется выстегиваться и топать пешком. А поскольку я еду в режиме «лайт» — взял с собой новый фотоаппарат, чтобы сделать репортаж на наш сайт FuzBus.

Отстегнув левый ботинок, толкаюсь ногой по «плоскачу». Но вот доска снова едет сама, я встегиваюсь, проезжаю пару метров — и резко ухожу вниз. Чувства схожие с тем, когда не замечаешь ступеньку на ровной поверхности — только умноженные многократно. Снег подо. Еле успеваю ухватиться за край, пытаюсь врубиться доской в стену, но только оббиваю гигантские сосульки. Подо мной — пропасть. Какая глубина — не видно. Понимаю, что долго держаться не смогу. Подбегает девушка, которую я толькотолько обогнал. Совсем неопытная — это ее первый Эльбрус.

Хватает меня за руку, но толку мало — я гораздо тяжелее. Через несколько секунд к операции по спасению присоединяется мой товарищ. Но и вдвоем у них не получается меня вытянуть. А я в варежках, держаться совсем трудно — и вот я срываюсь в никуда. Никогда не забуду глаза девушки в этот момент — они все шире и шире с каждым метром моего полета в неизвестность. Падаю метров на шесть, потом проскальзываю по диагонали еще на несколько — и хватаюсь за ледяной столб.

После первых шоковых минут внимание странным образом переключается. Красота вокруг завораживает: лучи солнца играют на ледяных колоннах и сосульках, подсвечивают всю эту ледяную прелесть.

Содержание

Не видно только, как глубоко еще катиться, если что. Могли бы получиться великолепные кадры, увы, достать «зеркалку» не представляется возможным — риск улететь дальше в бездну не стоит приза зрительских симпатий журнала «GEO». И тут раздается звонок. Мой друг и партнер по FuzBus. Ситуация полна абсурда. Я в неестественном положении держусь за глыбу льда, жду спасительную веревку, а пока что отвечаю на звонок в пропасть.

Отличная реклама мобильного оператора могла бы получиться. Друг молодец — поднял мне настроение. Вставляю плейер в уши и смиренно жду дальше. Удивительно, но страха как такового нет, все спокойно, каждое мое действие подчинено одной цели — спастись. Ну или не растратить силы раньше времени. Сегодня я на Эльбрусе хедлайнер. Подсказываю людям, где не надо ходить — мне снизу видно, где проходят те части расщелины, которые остались покрыты коркой снега.

Тут и так тесновато, дополнительная компания ни к чему.

Вскоре из-за неестественной позы начинает неметь нога, приходится терпеть, шевелиться нельзя. Вспоминается жуткая история девушки, которая годом ранее тоже угодила глубоко в расщелину. Пока она ждала спасения, примерзла ко льду, и вытащить ее так и не получилось. На Эльбрусе много подобных историй — кого-то спасают, кому-то везет меньше. Наконец прилетает веревка.

Начинаю обвязываться свободной рукой. Из головы вылетели все правильные узлы, помню только, что надо так обвязаться, чтобы веревка не затянулась вокруг тела, и меня не передавили пополам, когда потянут.

Кое-как вроде справляюсь. Восемь человек принимаются тащить меня вверх — но когда я уже практически на поверхности, снова внештатная ситуация. Мой сноуборд согнулся, когда я падал, а теперь держит меня, словно якорь. Выручает Расул: он спускается по мне вниз к креплениям — и отстегивает одну ногу, мужик! Когда меня наконец вытаскивают, у многих слезы по щекам. А я просто улыбаюсь — спасибо, дорогие! Вечером закатываю вечеринку в честь своего второго дня рождения, но сам присутствую на ней несколько минут. Упав в пропастью, переполненный адреналином, я не заметил травм — выбита ключица и растянуты связки.

Возможно, это покажется банальным, но мораль моего рассказа такова: всегда, даже в самой критической ситуации, действуйте с холодной головой. И всегда думайте о последствиях, никакого необоснованного риска. Удар тесаком как трамплин к славе Когда твоя жизнь оказывается на волоске, ее ценность открывается для тебя совершенно с новой стороны. До сих пор помню свои ощущения, когда меня ножом пырнула моя любимая девушка. Я отключился и двое суток вообще был без сознания.

Потерял четыре литра крови. Может быть, врачи всем так говорят, но мне сказали, что меня вытащили с того света. Мол, не предполагали, что так много крови может выйти из организма. У меня было внутреннее кровоизлияние — желудок заполнился вот этими как раз четырьмя литрами крови. А снаружи вроде как и ничего. Ранение было межреберное, кухонным ножом. Точнее, тесаком, которым рубят мясо.

Буфетчицей моя любимая девушка работала. Я был человеком, который всегда на виду. Меня в городе знала каждая собака, даже каждая курица А раз уж я на виду, то много поводов для слухов, домыслов. Поэтому события приключались самые разные.